Прометей - П - Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауз - Словари, Энциклопедии. - Sk2-Статьи, Словари, Энциклопедии.
Воскресенье, 22.01.2017, 17:11

Sk2-Статьи, Словари, Энциклопедии.


 
[Расширенный поиск]


Меню раздела
А [110]
Б [307]
В [269]
Г [291]
Д [217]
Е [47]
Ж [47]
З [65]
И [48]
К [223]
Л [216]
М [416]
Н [137]
О [178]
П [533]
Р [207]
С [438]
Т [243]
У [54]
Ф [123]
Х [64]
Ц [42]
Ч [68]
Ш [81]
Щ [12]
Э [97]
Ю [23]
Я [34]







Яндекс цитирования



Словари, Энциклопедии.

Главная » Словари, Энциклопедии. » Энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауз » П

Прометей

11.04.2013, 00:59



Прометей (PromhJeuV, Prometheus) – в греческой мифологии сын титана Иапета и Климены (по др. Азии, Фемиды), или Урана и Климены, или Эвримедонта и Геры, брат Атланта, Менойтия, Эпиметея, супруг Гезионы (по др. Аксиофеи, Пандоры), отец Девкалиона, Геллена, Лика, Химерея. П. в первоначальных представлениях – космическое божество огня, родственное Гефесту (PurjoroV JeoV); так, в Афинах он почитался совместно с Гефестом и Афиной в академии (между Колоном и столицей), где в честь него стоял алтарь и статуя рядом со статуей Гефеста; тут же ,возле статуй, находился их общий жертвенник. Уже рано в мифах и сказаниях на первый план выступает этическое значение П.; оценив важность огня как необходимого фактора культуры, древние греки приписали появление его на земле «промыслителю» своему – П., который с этого времени сделался гением человечества, духовным его просветителем и учителем. Некоторые (Kuhn, Baudry, Decharme, Wecklein) считают мифологическое имя П. не специально греческими, а индо-германским, сближая слово PromhJeuV с санскритским pramathyus (=тот, кто трет – подраз. дерево о дерево для добывания огня) и pramantha (= палка, которую вращали в ступице диска для извлечения огня). По такому представлению П. первоначально был виновником появления огня на земле посредством pramantha – атрибут, которому в греческом мифе соответствует narJhx(=ferula, шпильник), в стволе которого П. перенес огонь с неба. На это сопоставление указывает, между прочим, прозвище индийского бога Агни-Прамати и название Турийского Зевса – PromanJeuV.Как бы то ни было, греческий П. гесиодовских и позднейших сказаний – благодетель человечества, олицетворение человека во всеоружии его духовных даров, – человека, ищущего совершенства, истины, бессмертия и дерзающего поравняться в своем духовном совершенстве с богами. Он – тип человека в борьбе с природой. противопоставляющего ее титаническим, слепым силам ум, хитрость, изобретательность. Гесиодовские сказания о П. сводятся к следующему. Когда боги уславливались с людьми в Меконе (у Сикиона) о том, какие почести должны воздаваться им, богам, П.. как посредник между обеими сторонами и промыслитель человеческого рода, разделил жертвенное животное на две половины: мясные части и съедобные внутренности завернул в шкуру, а кости и худшие остатки покрыл жиром, полагая, что боги выберут ту часть, которая с виду пожирнее. Зевс, однако, заметил хитрость, но желая иметь предлог для наказания ненавистного человечества, выбрал худшую часть в жертву, и за это лишил людей огня. Возникло, таким образом, сказание из попытки объяснить обычай сожигания в жертву богам худших частей животного; последующее поколение увидело в этом обычае оскорбление божества и приписало его мятежнику П., с именем которого вообще связывается установление жертв. Когда люди остались без огня, заступник их П. похитил его с очага Зевса (по др. с солнечной колесницы или из лемносского горна Гефеста) и перенес к людям в стволе narJhxўa. За это Зевс решил отомстить людям созданием женщины (Пандоры; см.), которая вместе с Эпиметеем, недальновидным братом П., была виновницей всех человеческих бед и напастей, а П. приковал к столбу (Гесиод, «Qeogonia» и «Eria kai ўHmerai»). Однако, позднее суждено было П. примириться с Зевсом через Геракла, который убил орла, прилетавшего днем клевать печень П., и освободил страдальца. В Афинах в честь него был установлен праздник – PromhJeia с факельным бегом (lampadhjoria, lampadhdromia), символизировавшим собою распространение священного огня среди людей. Священный огонь возжигался на жертвеннике в академии и должен был быть как можно скорее (отсюда факельный бег) донесен до города, чтобы заменить собой оскверненный употреблением старый огонь. В литературе миф о П. был излюбленным сюжетом древнего и нового времени, начиная с Эсхила, который первый увековечил идею П. мифа в своей трилогии (быть может, тетралогии – «PromhJeuV»), состоявшей из трех драм: «PromhJeuV DesmwthV» (Прикованный П), «P. loomenoV» (Освобожденный П.), «P. purjoroV» (П. огненосец) и, быть может, сатирической драмы («P. purcaeuV?»). До нас дошла одна из упомянутых драм – «P. DesmwthV». Содержанием ее является наказание П. за похищение огня и самоотверженная борьба его с неумолимо суровым Зевсом, который, олицетворяя собой мировой порядок, только что водворенный с низвержением титанов, жестоко наказывает ослушника своей воли, низвергая его в конце пьесы в преисподнюю вместе со скалой, к которой он был прикован. По Эсхилу, П. – сын Фемиды, титан, первоначально враг Зевса. Однако, заметив, что хитростью и умом легче обеспечить себе победу, чем грубой силой, он, не будучи в состоянии убедить в этом братьев-титанов, перешел на сторону Зевса. Когда в борьбе с Кроносом Зевс вышел победителем, он захотел ознаменовать начало своей власти созданием нового человеческого рода. Тогда П., гений существовавшего человеческого рода, вступился за его судьбу и передал ему с огнем ум, изобретательность, хитрость – для борьбы с природой. Оскорбленный этим, Зевс решается наказать ослушника своей воли и приказывает своим слугам – мощи и силе (KratoV и Bia) – с помощью Гефеста приковать мятежника к скале в Скифии близ моря. Прикованный П. жалуется на жестокость и неблагодарность своего мучителя – Зевса, который, забыв оказанные им, П., услуги во время борьбы с титанами, теперь обрек своего прежнего союзника на долгие муки, и притом за содеянное людям добро. Дочери Океана (хор) приходят утешать страдальца и вместе с ним жалуются на жестокость Зевса. Но у П. есть средство отомстить Зевсу: он знает от матери Фемиды тайну, от которой зависит судьба олимпийского владыки, и в сохранении этой тайны от Зевса видит средство заставить его смириться. Появление скиталицы Ио и рассказ ее о своих страданиях, виновником которых был тот же Зевс, еще более возбуждают против него П. Когда приходит вестник Зевса Гермес с требованием открыть умалчиваваемую тайну, П. решительно и надменно отказывается сделать это. Тогда Зевс посылает гром и землетрясение и П. вместе со скалой, к которой был прикован, проваливается в бездну. Сюжетом следующей, не дошедшей до нас драмы, «P. loomenoV», было примирение Зевса и П. После долгих мучений под землей, П. вместе со скалой опять очутился на земле, среди Кавказских гор. Продолжительные страдания измучили его: он ждет только одной смерти. Не довольствуясь этими страданиями узника, Зевс придумал новую пытку: он послал коршуна (орла, который прилетал через день клевать печень П., как вместилище дурных страстей и желаний, и давал на день отдых страдальцу лишь для того, чтобы исклеванная печень могла снова вырасти. Но вот является Геракл-освободитель и убивает коршуна. Тогда же приходят к П. получившие свободу и примирившиеся с Зевсом титаны и убеждают П. смириться и открыть тайну Зевса. Так закончилась долгая борьба человечества с богами. П. был освобожден от оков и вознесен на Олимп, в сонм бессмертных, получив дар бессмертия от Хирона, который мучился от отравленной раны и жаждал смерти. Верховный владыка неба укрепил свою власть и, обеспечив ей бесконечное существование, становится из жестокого и неумолимого – милостивым богом, – тем Зевсом, каким представляли его набожные греки начала V в. и каким он является в драмах Эсхила. Время жестокого режима и борьбы сменилось безоблачным периодом примирения неба с землей и человечество, искупленное страданиями П., вкусило наконец дары мирной и культурной жизни. Идея Эсхиловой трилогии в том, что всякий прогресс должен искупляться страданием (Вейль), а весь трагизм П. – в его близорукости, в непонимании высших мудрых целей мироправителя: вмешавшись со своей человеческой волей в высокие божественные планы Олимпийца, он падает жертвой этой борьбы. Новейшая литературная критика неодинаково поняла и объясняла пьесу Эсхила, и главным образом потому, что рассматривали ее одну, без связи с остальными пьесами трилогии, как самостоятельное художественное произведение. Так, в Зевсе видели отвратительный образ тирана, а в П. – поборника свободы, друга людей (Schutz) или истолковывали П., как идеального человека в борьбе с природой, противопоставляющего ее слепым силам свою непоколебимую волю и духовную мощь (A. W. Schlegel). Blumner находил идею драмы в возвеличении судьбы, которая осиливает произвол тирана, и борьбы, которая, сокрушая человека, возвеличивает его. Hermann полагал, что Эсхил в драме П. изобразил Зевса народных сказаний в противоположность тому великому Зевсу, образ которого носился в религиозных представлениях лучших художников первой половины V века. Welcker, Schomann, Well, Werklein объясняли эту драму в связи с остальными пьесами трилогии: по их мнению, Эсхил выразил в своем П. глубоко религиозную идею вечной, всемогущей, справедливой и премудрой власти Зевса, перед которой должны смириться даже такие сильные волей и умом полубоги-полулюди, как П.; стремления П., не смотря на их симпатичность и возвышенность, односторонни и все величие его жертвы ничто перед высшей волей Зевса. Schneider истолковывал идею Эсхила в том смысле, что Зевс хотел сделать добро людям, не дав им огня, как средства для распространения культуры, так как видел в ней залог гибели человечества: так что, по Schneider'y, Эсхил был провозвестником идей Руссо. Миф о Прометее обратил на себя внимание ряда великих поэтов – Гёте, Байрона, Шелли. Прометей Гёте (1773 или 1774 г.) – бог, равный Зевсу, презирающий Зевса, потому что тот, не смотря на всю свою державную силу – подчинен, как и все, судьбе. Гордость и богоподобная сила П. – не в праздном и бесцельном могуществе, а в творческой энергии, в живой деятельности, в способности переживать страдания и радости. Драматическая поэма Шелли «Prometheus unbound» (1821) – «этот увлекательный гимн к свободе в драматической форме» (Шерр) – изображает Прометея, как носителя духовного начала и разумной свободы, в противоположность Зевсу, который олицетворяет собой физический закон мира. П., по словам самого Шелли (Preface) – тип высшего совершенства нравственной и интеллектуальной природы, приводимой к лучшим и благороднейшим целям самыми чистыми и истинными побуждениями. Демогоргон, свергающий в конце концов Зевса с его мирового трона, приводит за собой век свободы, любви, мягкости (gentleness), добродетели, мудрости, терпения: так, благодаря могучему протесту П. миновало время деспотизма и порабощения духа. Байроновский П. (лир. стих. «Prometheus», 1816) – также воплощение высоких стремлений человека к свободе, гордый и непримиримый враг тирании, преступление которого было в том, что он старался уменьшать сумму человеческих несчастий и возвышать человека. Из других поэтических произведений на эту тему можно упомянуть еще трилогию «Promethee», Эдгара Кине (1837), и драму де Сеневиля Минара (1843), «Promesthee Delivre». Кине и Менар изобразили в П. обновителя духовной жизни человечества (предшественника Христа).
Литература. A. W. Schlegel, «Vorlesungen uber dramatische Kunst.» (1 т.); Blumner, «Die Idee des Schicksals in den Trag. des Aeschylus» (Лпц., 1814): Weicker, «Die Aeschyleische Trilogie Prometheus» (Дармштадт, 1824); G. Hermann, «De Aeschyli Prometheo Soluto» (1828); Toepelmann, «De Aeschyl. Prometheo» (Лпц., 1829); J. H. Schmidt, "De «Pr. vincio» (Аугсбург, 1831); Heffter, « Prometheus» («Zeilschrift f. d. Alterw.», 1836, № 53): Weiske, «Prometheus und. Sein Mysthenkrels» (Лпц., 1842); E. v. Lausaulx, «Prometheus. Der Mythus und seine Bedeutung» (Вюрнбург. 1843); G. Hermann, «De Prometheo Aeschyleo» (Лпц., 1845); Schomann, «Uber den Prometheus des Aeschylus» («Zeitschr. f. Alterw.», 1846, №111), M. Carriere, «Prometheus» («Deutsches Museum», 1855, № 14); Weicker, «Griechische Gotterlehre» (II, 246 – 278, Геттинген, 1859); Vischer, «Uber die Prometheustragodien des Aesch.» (Базель, 1859); Caesar, «Der Prometheus des Aeschylus» (Марбург, 1859); Baudry, «Les Mylhes du feu et du breuvage releste» («Revue Germanique», 1861, p. 358); Teuffel, «Ueber des Aesch. Prometheus und Orestie» (Тюбинген, 1861); Markowitz, «De Aesch. Proinetheo» (Дюссельдорф, 1865); Linzow, «Die Prometheussage» («Padag. Arch.», 1. 866, 641 – 683): Westphal, «Prolegomena zu AeschylusTragodien» (1869, p. 207. слл.); Th. Henry Martin, «La Prometheide» (Пар., 1875); Seelmann, «De Prometheo Aeschyl.» (Дессау, 1876), Patin, «Etudes sur les tragiques Grecs» (I, 250 – 305. 1877); Herwig, «Das ethisch-religiose Fundament der Aesch. Tragodie» (Констанц, 1877); Holle, «Die Prometheussage» (Берл., 1879); Eichhof, «Die Sage und Dichtung von P.» (1879, «Jahresbb. f. Klass. Philol. u. Padag», 2 отд.); Flach, «Zur Prometheussage» (1881, «Jahresb. f. Klass. Philol.», с. 817, слл.); Konitzer, «De fabulae Prometheae in arte litterisque usu» (Галле, 1885); Decharme, «Mythologie de la Grece antique» (1886, pp. 257 – 266); Kuhn, «Die Herabkunft des Feuers und des Gottertranks» (1886); Schneider, «Der Prometheus des Aeschylos» (Дуйсбург, 1889); Wecklein, «Aeschylus, Prometheus» (1893, Лпц.; введение); Preller, «Griechische Mythologie» (Б. 1894, pp. 91 – 102); Weil, «La fable de Promethee», в его «Etudes sur le drame Grec» (Пар., 1897).
И. Обнорский.
Категория: П | Добавил: snimu
Просмотров: 32 | Загрузок: 0 | Рейтинг: 0.0/0



Генон - удобный поиск ответов на вопросы